Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

Семья ребенка с ДЦП: как найти ресурсы

Анастасия Рязанова и Ирина Долотова рассуждают об организации жизни семьи с инвалидом и о ее ресурсах

Collapse )Collapse )Collapse )Collapse )Collapse )Collapse )

продолжение  -  https://www.miloserdie.ru/article/semya-rebenka-s-dtsp-kak-najti-resursy-k-o-s/

Валерий Ганичев: Любовь не проходит

КСЕНИЯ ДАНЦИГЕР

Сегодня на 85 году жизни скончался известный писатель, доктор исторических наук, председатель Союза писателей Валерий Николаевич Ганичев. Когда-то мы публиковали интервью с ним. Прочтите его еще раз и помяните в молитвах новопреставленного Валерия.
Валерий Ганичев: Любовь не проходит
Фото: Сергей Савостьянов / «Российская газета

– Вы выросли в атеистическое время, но пришли к вере. Что определило этот шаг?

– Я жил в период широкого атеизма, мои родители были людьми советскими. Я люблю говорить, что мой отец родился на дне моря. Их деревня теперь на дне Рыбинского водохранилища. Семья была крестьянской. Он окончил школу железнодорожников, работал на Николаевской железной дороге, затем оказался на станции Пестово в Ленинградской области, потом был направлен в Сибирь. И свою первую мерцательную сознательную жизнь я помню из Сибири, где мы оказались до войны.

Омская область – это гигантская территория. Сначала мы жили в тайге, затем в степной местности. Довоенная Сибирь – несколько суровая, но динамичная. И в эту нашу жизнь церковная жизнь не приходила, хотя чувствования, я могу сказать, были вполне христианскими, но об этом такими словами не говорилось. Вся бытность наша была сопряжена с христианскими добродетелями и правилами поведения.

Последний год войны я жил на Украине, на Полтавщине. Там я узнал и украинский народ, к которому, несмотря на все сложности сегодняшнего дня, отношусь с большим уважением, и саму Украину, ее литературу, песни, украинскую мову, полюбил их на всю жизнь. Именно там я впервые познакомился с какими-то обрядами нашей Церкви, так как на Украине оставалось больше храмов, и церковная жизнь сохранялась. Помню, как пели колядки, хорошо помню пасхальные праздники, хотя в нашей семье они и не отмечались.

Но по-настоящему к вере я пришел позже, через русскую культуру, русскую историю. Я закончил Киевский университет имени Тараса Шевченко, исторический факультет. Ходил в библиотеку, где брал старинные книги, которые мне без особой огласки всё же давали читать. Литература нашей веры, нашей Церкви постигалась, входила в сознание: моя слабая сторона была в том, что я шел через знание к сердечному пониманию веры.

Моя покойная жена Светлана, напротив, с детских лет, еще в немецкой оккупации на территории Украины, ходила в церковь. В четвертом или пятом классе ей учительница в школе сказала: «Светочка, мы знаем, что ты ходишь в церковь, но только галстук красный снимай». Их отец в 1937 году был арестован и так и не вернулся домой. Ей, самой младшей, было несколько месяцев, когда его забрали. А еще брат и сестра. И тут сила Божественного духа их укрепила, соединила, не дала разрушиться.

Collapse )

Дыхание памяти о дивном саде, где двое взялись за руки перед дальней и тяжелой дорогой

Мне кажется, что семья – это путь по вертикали. Это восхождение, в котором нет возвращения к исходной точке, потому что всякая точка в этом пути исходная. Это место и мгновение встречи троих: его, ее и Бога. Каждый день, каждую минуту, каждый раз.

Священник Андрей Мизюк

8 июля в России празднуется День семьи, любви и верности. А еще это день памяти святых благоверных князей Петра и Февронии Муромских, в честь которых, собственно, этот праздник на государственном уровне и появился.

Почему семье, любви и верности посвящен какой-то отдельный день – почему это не 365 дней. Как день матери, день родителей, человека – почему они не ежедневно? Нельзя же быть семейным, верным и любящим только один день.

Да, я понимаю, что это все формальность, что забота, жертва, радость со-бытия двоих – это все то, что не может прекращаться или показываться по телевизору в отдельное время и спецвыпуском. Может быть, отдельная дата нужна нам как напоминание? Потому что как-то привычно стало, затерлось…

11 лет назад 8 июля я хоронил папу. Так случилось, что он быстро и скоропостижно скончался. Смерть ворвалась и вырвала часть нас, а жизнь полностью изменилась.

Все эти дни перед похоронами и во время их со мной была моя будущая жена, и именно в те горькие дни я почувствовал, что я не упаду, не рухну, потому что за спиной у меня появилась стена.

И уже более десяти лет я с этим чувством не расстаюсь. Тем более, что это уже не просто чувство, а часть самого меня. Библейское «не хорошо быть человеку одному» ко мне по-настоящему пришло через острую боль, когда я почувствовал, что в этом мире я среди огромного количества людей остался один со своей бедой. И поплакать через неделю (а куда деваться, докатилось, нахлынуло) я смог только в ее присутствии.

Мои родители прожили вместе 25 лет. И я благодарен им за эту жизнь. Потому что, несмотря на трудности, а сложно было очень, особенно в 90-е, когда мы с братом были еще подростками, они оставались вместе.

Даже теперь, когда мама 11 лет вдова, я вижу и понимаю, что их брак не закончен, что рука не отпущена и когда отца нет. Мне сложно это объяснить, семья у нас была самая обыкновенная, мама пришла в Церковь уже через несколько лет после смерти отца, но почему-то я знаю, что когда-то давно их в этом мире встретил друг с другом Бог, и теперь я понимаю, что все эти четверть века Он их не оставлял. А они Его. Этой удивительной любовью, терпением и принятием друг друга, испытаниями, которые они переносили, оставаясь вместе. И когда уже земля на могиле стала совсем ровной, я понимаю, что точка в этой истории не поставлена.

Уже 8 лет я священник. 10 лет в браке. У нас трое детей, и все мальчики. Когда мне начинает казаться, что я в жизни совершаю что-то значимое, я вспоминаю, кто в моей жизни действительно созидает. Понимаю, что дом, каков он есть и каким стал – это совсем не моя заслуга. А если я что-то терплю, то ей приходится терпеть не только свое, но и мое тоже.

И справляюсь, переношу, двигаюсь дальше с чувством стены за спиной. Быт – вещь коварная, в нем многое может потеряться, что-то не устраивать, где-то не получаться, но вот иногда рванет что-то и где-то, а ты жив, закрыт и пробоин никаких нет, хотя прямой наводкой били и попадание должно было быть в яблочко. Я знаю, что это чудо. И в этой связке по вертикали это я иногда держусь за руку, сорвавшись в пропасть.

Мне нередко приходится венчать. Но только совсем недавно я начал понимать величайшие знаки этого таинства.

Брачные венцы по сути мученические. И суть этого мученичества не в том, что терпим друг друга, нет, не друг друга, а вместе.

Фото: pixabay.com

Разводы я тоже видел. Даже после венчания, после красивых историй, когда, казалось бы, все навеки и печатями скреплено. Когда такое случается, то первым уходит не муж и не жена. Первым оставляется Он. А бывшие супруги идут дальше своей и очень непростой дорогой, иногда очень горькой. Да, в жизни есть многие и самые разные ситуации. Бывает так, что у одного из супругов нет иного решения и выхода. К примеру, если муж регулярно и систематически бьет жену и издевается над детьми, советовать терпеть и сохранять такой брак является преступлением. В первую очередь со стороны священника.

Но я не о таких случаях. Я о том, что называется «не сошлись характером». В браке жертвуют своим «я» ради удивительного и таинственного «мы». Это очень серьезная и болезненная жертва. Но эта перемена важна и необходима, потому что «двое, ставшие единой плотью» – это не замок из песка, но основание чего-то большего, того, что, возможно, не явится скорым результатом в этой временной жизни. Это то, что строится вновь. И из времени к Небу.

На моей памяти есть удивительные истории. Я ездил причащать женщину. Женщина молодая, но у нее рассеянный склероз и болезнь прогрессирует. Возил меня к ней ее муж. Он строил и обустраивал дом так, чтобы в нем все было максимально удобно и доступно для жены. Откуда эта сила? Как часто случается так, что семьи распадаются именно по причине болезни одного из супругов. А здесь жертва, жертва созидания, преодоления. Когда боль перестает быть чьей-то персональной, когда она на двоих.

А другая женщина позвала причастить и пособоровать мужа. Молодой еще мужчина перенес тяжелый инсульт. Его речь и движения затруднены, он может передвигаться на коляске. Просят меня помочь им с венчанием. В храме.

Недавно служил панихиду на могилах моих одноклассников, мужа и жены. Они погибли в разное, но с небольшой разницей, время. Я видел ее жизнь после его смерти. Я верю в их жизнь даже после того, как смерть соединила их в этой могиле, рядом друг с другом. Я не верю в людей в прошедшем времени, мой Бог приоткрывает тайну того, что в Его творческой мастерской ничто и никто не остался ненужным и забытым. И все, что сокрыто от моих глаз и чувств, сокрыто лишь потому, что я еще не могу и не в силах это принять и увидеть теперь. И почему-то мне кажется, да нет, я даже уверен в том, что если мой земной путь закончится раньше, я все равно не потеряю это важное для меня чувство стены за спиной.

И в этом чувстве уже здесь, на берегах разлук и горечи, до меня доносится дыхание памяти о том дивном и забытом саде, в котором двое взялись за руки перед дальней и тяжелой дорогой. А потом их обоих за руки взял и повел к свету Христос. И есть что-то похожее от этого в нашем Венчании.

Слезы тщетности

Что надо знать о принятии ребенка в семью, чтобы потом не разочароваться

Фото: РИА Новости / Владимир Песня

Дети, которые не плачут

Прежде, чем залезать в базу сирот и рисовать себе красивые картины из жизни приемной семьи с мальчиком-отличником или девочкой-красавицей, стоит задуматься о прямо противоположных вещах. Благо, сейчас никто и не даст потенциальным родителям ребенка без бумаги об окончании курсов Школы приемных родителей, где, скорее всего, этому будет посвящена не одна лекция. Но и до записи в ШПР об этом стоит задуматься.

Конечно хочется, чтобы ребенок попал в семью прямо из роддома, чтобы у него не было проблем со здоровьем, чтобы в порядке были «гены» и т.д., но все мы понимаем, что сыну знаменитой балерины и внуку академика вряд ли будут искать приемную семью. Надо очень четко себе представлять, что ребенок, попавший в базу сирот, столкнулся с каким-то неблагополучием – от него отказались в роддоме или он был изъят из кровной семьи, его маму лишили родительских прав из-за пьянства или родители сидят в тюрьме. Вариантов много, но ни один не предполагает спокойной размеренной жизни в кругу любящей семьи.

Collapse )

Провести газ — и жить спокойно

Многодетной семье нужно провести в дом газ, но подключение, установка оборудование, дымоход, вентиляция стоят дорого

Семья Отрощенко — это мама Настя, папа Егор и 6 детей. Раньше было 7, но старшая дочка вышла замуж и теперь у нее есть муж и малышка. Остальные живут с родителями. Среди них не выделяется приемный, слепой. Его так же любят, как и родных, стараются создать для него комфортные условия, ведь инвалиду жить за городом не всегда просто.

Несколько лет назад эта дружная семья пожертвовала столичным комфортом и, заняв деньги у друзей, получив кредиты, переехала
в свой дом в Сергиево-посадском районе. «Иначе мы никак не
помещались», — улыбается Настя.

Работа, дети, стройка — три основных составляющих жизни Егора и Насти. Кстати, о работе — они сотрудники сайта «Милосердие.ру». Зарплаты не очень высокие, но на жизнь хватает. А больше ни на что. Каждая непредвиденная трата — маленький стресс. А они нескончаемые: школьные сборы, поездки в лагеря, лечение, адаптационные материалы для Глеба, многое другое. Но не унывают, а напротив, живут насыщенно и интересно.

По вечерам в выходные — детские концерты, совместные просмотры фильмов и игры, у взрослых — беседы, книги, музыка. Приходят соседи, приезжают друзья, коллеги, здесь всем рады, всем хватает тепла.

Глеб рукой нащупывает папу, обнимает его и говорит, что «папа толстый и красивый». Мама Настя с удовольствием печет пироги, таких вкусных нет ни в одном ресторане.

Дом деревянный, большой, простой и прекрасный. Со скрипучими половицами и утренним мягким солнцем. Но отапливается дом, увы, дровами, а это то неэкономно и трудозатратно. Газ нужно провести всего один раз, и будет значительно легче, но установка и само оборудование стоит дорого. Невозможно накопить.

«Отапливать дом дровами — это дорого и тяжело, — делится Настя, — дрова в котел нужно кидать каждые 2-3 часа, в морозы — чаще. Все зимние ночи мы дежурим по очереди с мужем и старшим сыном. После такой бессонной ночи не остается сил ни на детей, ни на работу. Газ есть в поселке и идет по улице, но самим нам не по карману к нему подключиться, а государственная помощь нам, как многодетным, в этом не предусмотрена».

Мы хотим помочь многодетной семье провести газ и жить спокойно! У них здорово получается растить счастливых детей. Давайте им немного поможем!

Объявляем сбор помощи в 463 900 рублей. В сумму входит оплата оборудования и работ по проведению газа в дом, подключение к трубам — 150 000 , подключение к общей магистрали — 30 000 рублей, стоимость газового оборудования — 103 900 рублей, оборудование и работа по установке дымохода и вентиляции — 150 000, земляные работы — 30 000 рублей.

В поликлинику ехать 70 км

Многодетной семье отца Сергия Мизюкова из Тверской епархии нужен автомобиль. Без него семья не может попасть даже к врачу.

В деревне Подгорная восемь жилых домов. Самый обжитой — дом отца Сергия. Он всегда полон веселого гомона. Семеро маленьких детей. Как там батюшка с матушкой с ними управляются — соседи только догадываются. А помочь никак не могут —потому как в деревне остались одни старики со старухами.

Впрочем, в такой большой семье помощники быстро подрастают. Старшей, Василисе, 11 лет. На нее вполне можно оставить самую младшую — Ксюшу. Да и с поросятами, телятами Василиса управится. Брата с сестрой позовет — они помогут.

Вот только в школу они сами ходить не могут: ближайшая школа за 15 км от дома, в селе Полново. Хорошо, когда школьный автобус за ними заезжает. А когда ломается — родители должны их сами везти. 15 км не шутка, пешком не дойдешь.

Так же и с магазином. Ближайший — в том же селе за 15 км. А к ним в деревню приезжает только автолавка два раза в неделю. Крупы, консервы, хлеб — весь нехитрый ассортимент автолавки. Но даже чтобы купить хлеб, нужно снять деньги с карточки (детские пособия). А ближайший банкомат в Осташкове — за 70 км.

Машина в этих краях — первая помощница. А у Мизюковых старая «Волга», в которую они с семью детьми давно не помещаются и которая все норовит развалиться. Каждый раз, когда они в нее садятся, не знают, доедут ли…

Каждую субботу и каждое воскресенье батюшка отправляется в храм. Один его приход — за 30 км, другой — за 70 км. Едут всей семьей. Потому что девочки с матушкой — певчие, мальчики — алтарники. Других помощников в храме у батюшки нет. И больше всего батюшка боится, что заглохнут по дороге и на службу опоздают. Было и такое.

А матушка переживает, что — останься они без машины — останутся и без медицинской помощи. Фельдшерский пункт от них за 15 км. Да фельдшер и немного может. Все равно отправит в поликлинику. А до поликлиники 70 км. И анализы сдать, и зуб вылечить можно только там.

Когда родилась младшая — Ксения, вместо ежемесячного патронажа их посетили один раз. «Если что — приезжайте сами». Приезжайте… Было бы на чем. А у Ксюши синдром Дауна. Ей бы инвалидность оформить, массаж назначить, лфк. Но для этого нужно ездить в город. Регулярно. Собирать справки. А если понадобится какой-нибудь редкий специалист, например, эндокринолог, то и вовсе в Тверь ехать.

Большой семье никак не обойтись без машины. Но на свои деньги семья Мизюковых не сможет ее купить. Весь ее доход (зарплата батюшки да детские пособия) чуть больше 25 000 рублей в месяц.

А подержанный восьмиместный автомобиль Hyundai Starex (с большой проходимостью, идеально подходящий для сельской местности) стоит 980 000 рублей. Если бы мы смогли все вместе собрать деньги на такой автомобиль, жизнь большой семьи стала бы проще, да и просто безопаснее.

Лешка в мире Надежд

Жил да был человек с невыговариваемым синдромом в ДДИ. Непонятно, что чувствовал-понимал. Вдруг нашлась ему семья. А когда у приемной сестры родилась дочь, Лешка среди множества имен выбрал Надежду

Сайт Милосердие.ру почти год назад писал о Лешке, необычном мальчике с кучей многочисленных синдромов – таких, про которые не знаешь, как с ними жить. Мальчик рос в ДДИ. И вдруг нашлась мама – Надежда. В семье Ярихметовых уже были приемные дети. Лешке там понравилось, он быстро менялся, учился, играл, рисовал, лепил человечков из пластилина.

Яна и Леша. Фото: Павел Смертин

Недавно старшая дочь семьи Ярихметовых Яна вышла замуж и родила дочь. Яна вместе с мамой приходила в ДДИ знакомиться с Лешкой и тогда решила: если мама его не возьмет, она сама будет приходить к нему как волонтер.

В семье. Справа — Яна, слева — мама. Фото: Павел Смертин

И вот Лешка стал дядей. Вся семья принимала участие в выборе имени для девочки, мама Яна хотела Соню, дедушка Руслан — Лизу. Спросили у Лешки, какое имя лучше, и он сказал, что близко не подойдет ни к Соне, ни к Лизе. А к кому подойдет, не сказал.

Тогда Янка взяла список женских имен (63 имени) и стала их зачитывать. На все Лешка говорил: «нет». И только на одно имя сказал «да».

Лешка выбрал Надежду.

Так в жизни Лешки появилась еще одна Надежда.

У Лешки много Надежд. Первая Надежда — сотрудник его ДДИ; когда у Лешки еще не было семьи, она ездила с ним на операцию в Лондон. Вторая Надежда Nadia Raud поддерживала его в Лондоне и помогала выздоравливать. Третья Надежда Громова- Ярихметова — стала его мамой. А следующей стала племянница. Даст Бог, и эта Надежда не последняя.

Семейные конфликты – можно ли избежать любимых “граблей”

, |

Не бывает живых, полноценных отношений без конфликтов, разногласия и разные точки зрения в семье – это признак жизни, однако конфликты нужно правильно использовать - как, рассказывает психолог Екатерина Бурмистрова.
Семейные конфликты – можно ли избежать любимых “граблей”
Фото: Mikkel Vang / Gardena

Типичные конфликты – наши любимые “грабли”

Зачем нам знать про конфликты, про то, что доставляет неприятные чувства и ощущения? Потому что очень важно понять, как устроены конфликты именно в нашей семье, чтобы было эмоционально проще находиться рядом с тем, кто нам дорог.

В конфликтных ситуациях возникает много сильных, отрицательных эмоций, и они всегда мешают взаимопониманию – мы реагируем не так, как хотим, не так, как считаем правильным, а так, как можем, находясь под воздействием эмоций.

Екатерина Бурмистрова

Часто в близких отношениях именно в конфликтах мы чувствуем себя очень одиноко, возникает ощущение, что потерян контакт с близкими людьми. Отрицательные эмоции способствуют реактивности, аффекту, непониманию.

Огромное количество нормативных конфликтов приходится на первые годы семейной жизни. Не меньше их бывает, когда дети подрастают, когда, например, идут в школу. Может быть типичный конфликт выходного дня или в день получения зарплаты. Возможно, в вашей семье есть типичный конфликт, связанный с приездом кого-то из старших родственников или с тем, можно ли пойти в гости кому-то из взрослых одному.

Очень часто конфликты предсказуемы, но мы как будто не хотим понимать, что вот, сейчас снова все повторится.

Нормативные конфликты предсказать легко, это наши «любимые грабли», на которые мы наступаем. Это повторяющиеся конфликты, мы про них знаем, но по какой-то причине не можем в них не попадать.

Пятнышко или брошенные носки могут стать триггером

Триггер – это спусковой крючок конфликта, последняя капля, маленькая ситуация, которая запускает гораздо большую эмоциональную реакцию, чем мы ожидали. Это могут быть крошки хлеба на полу или книга, не положенная на место или положенная не там. Пятнышко на унитазе, или пресловутые носки, брошенные не туда, или звонок кого-то из старших родственников – все это тоже может быть триггером.

Collapse )

Печка развалилась, на газ денег не хватает

Чтобы с дровами не мучиться, нужно устанавливать газовое отопление. А за душой у многодетной семьи священника ни копейки

Семью Бондаренко в маленьком городке знают все. Ну как же, батюшка приходской. Где живет большая семья знают и те, кто в храм вовсе не ходят: «Вон тот косой черный дом деревянный». Детей у батюшки шестеро -от 5 до 17, младшая дочка — инвалид, остальные учатся, а матушка на хозяйстве.

Отцу Игорю 50 лет, а он хоть убей не помнит, как пролетели годы. То храм всем миром поднимали, то школу воскресную. И конца-края этому нет. Там дыра — здесь дыра, о себе подумать некогда, семье с трудом время уделял. Когда говорят, что батюшка живет приходом, это буквально так. Бывало, со своей зарплаты оплачивал труды певчих или утварь церковную покупал в храм. И нужды не заканчиваются, постоянно что-то нужно.

А тут у самого бедственное положение случилось. Дом у них маленький и старенький, на печном отоплении, а печка взяла и развалилась, потому что все сроки ее жизни давно прошли. Чтобы с дровами не мучиться, нужно газовое отопление устанавливать. А за душой ни копейки.

Что мог батюшка осилил, сделан проект по подведению газа, оплачены работы по подводу газовой трубы к дому, подключение газа после монтажа оборудования, сделана и прокладка газовой трубы к дому, но на приобретение всего газового  оборудования у священника денег нет. Им осталось купить газовый котел, установить радиаторы и провести трубы. Согласно смете это стоит 132 396 рублей.

Просим помочь семье иерея Игоря Бондаренко, настоятелю храма Рождества Христова села Новоклязьменское Ивановской области, с проведением газового отопления.

Почему каждая женщина «должна»?

Читая статьи известных ведических авторов, и этот блог в частности, многие женщины возмущаются: «Почему везде говорится о том, ЧТО каждая женщина должна делать для улучшения отношений?! Почему нет рекомендаций для мужчин? Со всех сторон только и слышится, что женщина должна то, женщина должна это. Я вообще никому ничего не должна!». Я хочу остановиться на этом вопросе и поговорить откровенно с теми женщинами, которые считают, что не они должны меняться первыми, а мужчина.
Я согласна с тем, что над отношениями нужно работать обоим партнерам, но вы ошибаетесь, если думаете, что усилия, приложенные со стороны мужчины и женщины должны быть равноценными. Природа мужчин – внешняя среда, природа женщин – внутренняя. Другими словами, мужчина на 70% счастлив от того, как он себя реализовывает в работе, а на 30% — в семье. У женщин все наоборот: 70% счастья они получают в семье, и только 30% — за ее пределами. Мы созданы для любви и если что-то не ладится в семейной жизни, в отношениях с мужчиной страдаем в первую очередь мы. Представьте себе семью, в которой ссоры и конфликты – частые гости на пороге. И муж, и жена работают. Так вот после выяснения отношений мужчина идет на работу и переключается на социум. Да, у него день начинается с испорченного настроения, но он не думает в течение дня о конфликте, он работает. Женщина же после такой ссоры идет на работу и весь день не может сосредоточиться, прокручивает в голове все грубости, сказанные друг другу в словесной перепалке, снова и снова чувствует обиду, несправедливость и безысходность. Она не может по щелчку пальца переключится на режим работы, как это делает мужчина, а потому страдает все время. Ответьте мне теперь на вопрос, кто должен начинать что-то менять в отношениях?
Collapse )